Виктор Мисник: Надо будет – Арктику освоим

J0A0324[1].jpg

Основатель династии нефтяников о настоящем, будущем, импортозамещении и больших амбициях

Поводом для встречи журналистов «Томских новостей» с генеральным директором «Газпромнефть – Востока» Виктором Мисником стал его 55-летний юбилей. Виктора Николаевича отметили заслуженными наградами и губернатор Сергей Жвачкин, и мэр Иван Кляйн. И это несмотря на то, что в Томске он человек довольно новый. К тому же не очень медийный. Еще и потому было интересно поговорить с именитым нефтяником о жизни за чашкой чая.

«Индус» имени Ленинского комсомола

– Виктор Николаевич, начнем с простого вопроса: как люди приходят в «нефтянку», что их туда приводит? Стремление делать важное дело, случайность, большие деньги, романтика, семейная традиция наконец? Ваши родители имели какое-то отношение к отрасли?

– Никакого. Я родился в Ишимском районе, там нефти и газа нет. Выбирал между двумя вузами: Тюменским высшим военно-инженерным командным училищем (ТВВИКУ) и «индусом», то есть Тюменским индустриальным институтом – сейчас это Тюменский государственный нефтяной университет. Выбрал «индус». Окончил, по распределению попал в Ноябрьск. Точнее, выбрал Ноябрьск – в 1982 году он котировался выше всех городов Севера, и по распределению туда пошли первые четыре места. Так я стал нефтяником. И не жалею ни в коем разе, более того, сыновья тоже пошли в нефтяники, жена нефтяник, брат младший – тоже нефтяник. Теперь династия есть.

– То есть вы ее основоположник?

– Да, я подсчитывал, вместе со мной в общей сложности 96 лет в профессии получается.

– Какими качествами должен обладать нефтяник?

– Не думаю, что есть какие-то особые качества. Если бы я поступил в ТВВИКУ или оказался в горной отрасли, в угольной промышленности или сельском хозяйстве, мне кажется, я бы работал так же.

– Пожалуй, сельское хозяйство тут немного не в тему, а все остальное – отрасли, где требуется жесткая исполнительская дисциплина. Верно?

– Условия в нашей отрасли суровые, конечно. Сейчас даже стало полегче, а раньше было иначе. Не было такого понятия, как рабочий день. В 25 лет стал начальником производства, поставили телефон (дефицитом был), могли позвонить в любое время суток. Сотовых тогда не было. Рация и домашний телефон. Трубку поднял, значит, считай, на работе. Надо выполнить задачу. Но дисциплина в «нефтянке» и сейчас осталась. Сужу по своим сыновьям.

– Как вы оказались в Томске?

– Начинал в вышкостроении в Ноябрьске, строил буровые, потом возглавлял сервисный завод по ремонту нефтепромышленного оборудования. Два с половиной года назад мне предложили Томск.

– И как вам у нас?

– По сравнению с Севером – райская земля.

– У нас вроде тоже не очень-то юг…

– Когда больше 30 лет проживешь на Крайнем Севере, Томск в самом деле кажется раем. Когда кто-то из местных говорит: «В прошлом году лето было плохое», я отвечаю: «Классное было лето. Теплое, хорошее».

Главное – честность

– В Томске вы руководите большим коллективом?

– Более 600 человек. Это те, кто числится в «Газпромнефть-Востоке». А есть еще работники наших подрядных организаций: буровики, строители, водители, бытовое обслуживание. Когда-то они все входили в состав добывающих нефтяных предприятий. В Ноябрьске на пике численность доходила до 50 тыс. человек! Там была развита вся социальная инфраструктура: детские сады, гостиницы и так далее. Сегодня они все выведены на аутсорсинг.

– С вашей точки зрения, какая система – прошлая или нынешняя – более эффективна?

– Если бы я мог дать точную и правильную оценку, я бы был полубогом. Знаю точно одно: добиться успеха предприятие может только тогда, когда слажен коллектив, ведется грамотное и четкое планирование и объективно оцениваются возможности.

– Ваш коллектив – сплоченный, дружный? Само понятие команды для вас важно?

– В августе будет 34 года, как я в «нефтянке», и за это время у меня было всего три команды. Про первую думал: «Лучше не будет». Так же про вторую. Не помню, чтобы кого-то увольнял. Или кто-то ушел «из принципа». Принято считать – пришел командир, меняет команду. Я не меняю. Я смотрю. Знакомлюсь. Команда знакомится со мной. Народ притирается. В хорошем смысле слова подстраивается. То же самое происходило и в Томске.

– Ваше основное требование?

– Честность. Можно допустить ошибку из-за незнания чего-то (был у меня водитель, говорил: «Я же не бог, я и соврать мог!»). Не все мы всё знаем. Но если человек лжет, я с такими работать не умею.

– Вы считаете себя лояльным руководителем?

– Раньше считался жестким, сейчас стал более мягким. Стараюсь войти в проблему.

– Даете второй шанс?

– И второй, и третий. Смотря по случаю.

– Вы умеете признавать свои ошибки?

– Это не очень приятно, но тем не менее. Я не буду кричать: «О-о-о…» Могу сказать: «Да, был не совсем прав». Но вообще считаю, что командир не должен думать о мнении подчиненных, когда он отдал приказ. Поэтому, когда я отдаю распоряжение, я требую его исполнения. Иначе нельзя. Все обсудили, поспорили. Но в любом случае действует закон «80 на 20». Кто-то всегда остается недоволен.

– Когда вы говорите «моя команда», что вы имеете в виду? Наверное, не все 600 человек?

– В идеале команда – это все, кто работает в «Газпромнефть-Востоке»! И когда я принимаю новых итээровцев, со всеми лично провожу собеседование. Мне не интересно, когда человек просто выполняет инструкции. Я всегда спрашиваю, чем он занимается, какие у него спортивные интересы, готов ли он с коллегами в КВН поучаствовать или в футбол поиграть. Потому что я хочу, чтобы командой был весь коллектив.

– Чем вы сами увлекаетесь? Рыбалка, охота?

– Могу съездить и на охоту, и на рыбалку. Но времени нет. Да и жалко его, честно говоря. Думаю, лет через 15, когда перестану работать, я это очень полюблю. А вообще я жизнь люблю. Во всех ее проявлениях.

Задумываясь о будущем

– Вы так легко заглядываете вперед в своей жизни. А в жизни предприятия? Какие перспективы у «Газпромнефть-Востока»? Что у вас завтра, что послезавтра, к чему готовитесь?

– Перспективы неплохие. В 2015 году защитили проект утилизации газа. Выполняя его, будем развиваться в направлении увеличения выручки и объемов. Газотурбинная электростанция, на открытие которой мы приглашаем ваших журналистов, – один из этапов этого крупного проекта. Также мы выходим на новые месторождения: Южно-Табаганское, Кулгинское, Смоляное. Активно сотрудничаем с томскими вузами и российскими научными институтами. Мы понимаем, что производство будет развиваться только в тесной связке с наукой.

– Перспективы предприятия связаны с активным присутствием только на территории Томской области?

– Мы работаем на территории Томской и Омской областей, готовы идти и в другие места, например в Иркутскую область или Красноярский край. Такие решения требуют особого расчета, и принимаются они, безусловно, на уровне руководства «Газпром нефти».

– Еще о перспективах. Трудная нефть. Именно у вас располагается одна из четырех российских экспериментальных площадок по работе с трудноизвлекаемыми запасами (ТРИЗ). Это направление не тормозится в связи с нынешней ситуацией в стране?

– Да, мы были первыми в этом федеральном проекте. В прошлом году при бурении скважины на Арчинском месторождении было отобрано 50 метров керна. Он был направлен на детальное изучение в научный институт. К концу этого года должны появиться первые результаты, они позволят нам определить новые эффективные решения в этом направлении. Но это не значит, что прямо сейчас мы не занимаемся этим вопросом. В начале года мы первые в Томской области провели многостадийный гидравлический разрыв пласта на карбонатных коллекторах. Также ведем отработку оптимальных решений при бурении скважин. Мы активно включаемся в работу кластера ТРИЗ в рамках проекта «ИНО Томск». Такое направление однозначно может иметь будущее только в случае партнерства власти, бизнеса, науки. Мы готовы и открыты к сотрудничеству.

– Как в целом складываются отношения с областной властью у вас?

– Отношения хорошие. Я могу сравнивать, как на Севере и как здесь. Там все предприятия относятся к нефтяной или газовой промышленности. И власть меньше общается с ними. Мы же постоянно ведем диалог: обсуждаем актуальные вопросы в области социальной политики, в сфере нефтяной промышленности и вместе находим их решение.

– Как воспринимают ваше предприятие главы районов на территориях присутствия компании?

– Когда говоришь о ком-то, надо поставить себя на его мес-то. Я вижу, что у нас совершенно нормальные партнерские отношения. Я бы даже назвал их дружескими. Наши партнеры – Каргасокский, Парабельский районы в Томской области и Тарский в Омской. Мы совместно решаем, какие проекты стоит поддержать. Стараемся помочь в сложных ситуациях. Например, в прошлом году по просьбе главы Парабельского района Александра Карлова дополнительно выделили средства на решение проблем, возникших в результате весеннего паводка. Остаться семье без дома, земли, которая их кормит, очень страшно.

Очень умные вопросы

– Как вы считаете, почему США резко снизили добычу сланцевой нефти?

– Не знаю, я не специалист в этой области. Самый простой ответ – зачем добывать более дорогую нефть, если пока достаточно относительно дешевой?

– А ее и впрямь достаточно? Бог с ней, с Америкой – в России? И конкретно в Томской области?

– Судя по приросту, который мы имеем каждый год, запасы не уменьшатся в течение лет 50. А может, и 100. Надо будет – и Арк-тику освоим, тогда, может, сразу на 500 лет хватит.

– Тогда вопрос из другой сферы. Министром топлива и энергетики РФ было заявлено, что себестоимость российской нефти в среднем 2 доллара за баррель, с учетом транспортировки – 18, а на шельфах – 25 долларов.

– Примерно так и есть. На шельфах нефть самая дорогая, от 25 долларов и выше. Мое мнение, санкции – это не самое страшное. Пусть они будут, и страна будет развиваться. Да, с точки зрения финансов для развития, стало напряженнее. А остальное? Нет оборудования – мы его придумаем. И сделаем. Это точно.

– Уже делается?

– Конечно. Даже в Томске производится. В ноябре 2013 года губернатор Томской области Сергей Жвачкин и глава «Газпром нефти» Александр Дюков утвердили дорожную карту по расширению использования продукции и технологий томских предприятий для нефтяной компании. По итогам 2014 года финансовый объем сотрудничества томских промышленников с нашей компанией превысил 1,5 млрд рублей. Цифра впечатляющая. Сейчас все больше и больше предприятий, занимающихся импортозамещением. В 1980-х годах мы же бурили установками собственного производства – и вполне добывали нефть. У нашей страны большой научный потенциал.

Стремление к нулю

– У каждой нефтяной компании свои отношения с окружающей средой. Что можно сказать об этом применительно к «Газпром нефти»?

– Мы передовая компания. 2016 год объявлен в «Газпром нефти» Годом охраны труда, следующий будет Годом экологии. В нашем корпоративном кодексе появилась новая ценность – безопасность и забота об экологии. На совещаниях у генерального директора «Газпром нефти» именно на этом делается акцент. Радует, что сейчас все новые внедряемые нами технологии нацелены на сохранение экологического баланса. Как пример: в прошлом году мы первыми в Томской области применяли метод зеленой сейсмики, в рамках которой лес практически не вырубается. Тем самым негативное воздействие на окружающую среду сводится практически к нулю. В итоге мы получаем результаты высокого качества и не нарушаем природный баланс.

– Это не оттого, что вы находитесь под пристальным вниманием контролирующих органов?

– Нет, это философия компании и позиция ее лидера. На совещании «Топ-100» высшие менеджеры компании дают личные обязательства по безопасности. То же самое я делаю здесь, в Томске, затем аналогично – начальники управлений на местах. Это называется – «Топ-60 000». Цель – дойти до конечного оператора, работающего на промысле. Более того, у нас всем работникам выдана специальная стоп-карта с номером телефона. Позвонив на него при обнаружении нарушений, каждый может остановить работы.

Большие амбиции

– Виктор Николаевич, весной у вас был юбилей, вы получили немало наград, включая медаль «За достижения» от губернатора области и звание «Меценат первой степени» от мэра Томска. Учитывая, что вы в Томске недавно, это можно считать признанием.

– Честно говоря, не очень люблю, когда, так сказать, поют. Я обычно в таких случаях говорю: достаточно, дальше говорим.

– Хорошо, дальше. Тем более что меценатом все-таки является предприятие.

– Ну да, меценат – предприятие. Хотя мне нравится помогать, когда есть возможность. Это действительно так. Везде, где я работал, что могу – делаю. Мы крупная социально ответственная компания, мы реализуем хорошие значимые проекты. Они реально будут делать жизнь в районах присутствия лучше. И это наша философия. Важно отметить, что мы ведем четкий контроль за выполнением условий социально-экономических соглашений. Стараемся приезжать во время строительства крупных объектов, обязательно на их открытие. Начиная с прошлого года финансируем капитальный ремонт единственного детского сада в Новом Васюгане.

– Уже третий год вы проводите грантовый конкурс. Назовите самые яркие, на ваш взгляд, проекты.

– «Скоморох» с проектом «Театр на подушках». При нашей поддержке в зале, где проходят спектакли для малышей до четырех лет, было установлено современное световое оборудование. Это было правильное решение, и мы не ошиблись. В этом году запомнились проекты «Уроки доброты» (школьников научат быть более толерантными по отношению к особенным детям), «Школа активного долголетия» (для томичей старше 50 лет будут проводиться бесплатные спортивные занятия). Честно говоря, с каждым годом все сложнее и сложнее выбирать победителей: возрастает количество заявок, предлагается много необычных идей.

– Вернемся к «заводу». Вы часто бываете на месторождениях?

– Три-четыре раза в год. Хотя люблю приезжать на промыслы.

– Но если так нравится, почему редко летаете?

– Как это – редко? Нет. Чаще не надо. У меня есть заместители – они бывают раз в квартал. Начальник управления – раз в месяц. И то много. Начальник промысла – он сам у себя маленький генеральный директор. Не надо его чрезмерно контролировать. Людям нужно доверять. Я, в принципе, доверяю людям. И люблю, когда мне доверяют.

– Виктор Николаевич, как бы вы охарактеризовали свою компанию? Какая она? Молодая? Устоявшаяся? Амбициозная? Солидная?

– Амбициозная, без сомнения. Мы хотим быть первыми во всем – по уровню добычи, по внедрению новых технологий, по социальным и спортивным проектам. Я это говорю о «Газпром нефти» в целом. Когда всё находится в развитии и постоянном движении – нас не остановить.

Об интересах

– Кем вы мечтали стать в детстве?

– Командиром.

– Ваша любимая книга?

– «Граф Монте-Кристо».

– Ваш любимый фильм?

– Их сразу несколько. «Офицеры», «Белое солнце пустыни», «Кавказская пленница».

– Ваш любимый вид спорта?

– Волейбол, бокс.

– Какую музыку вы предпочитаете слушать?

– Алексей Глызин, группа Smokie, ВИА «Песняры».

– Ваш девиз по жизни?

– «Трудные задачи выполняем немедленно, невозможные – чуть погодя».

Источник: http://tomsk-novosti.ru/viktor-misnik-nado-budet-arktiku-osvoim/

Возврат к списку